В Нью-Йорке июнь 2017 года
днем +13...+20
ночью +10...+15
облачно, местами дождь

Times Square

Объявление



Нью-Йорк — это богатый и щедрый город, если ты согласен мириться с его жестокостью и упадком.
(с) Джеймс Дин



Мне нравится Нью-Йорк. Это один из тех городов, где ты можешь услышать: «Эй, это мое. Не ссы на это!»
(с) Луис Си Кей



Я часто езжу в Париж, Лондон, Рим. Но всегда повторяю: нет города лучше чем Нью-Йорк. Он – невероятный и захватывающий! (с) Роберт Де Ниро

Нью-Йорк — ужасный город. Знаете, что я недавно видел? Видел, как мужик мастурбировал в банкомате. Да... Сначала я тоже ужаснулся. А потом думаю — у меня же тоже бывало, когда проверяешь остаток средств на счету, и там больше, чем ты ожидал. И хочется праздника! (с)Dr. Katz


Нью Йорк — очень шумное место. Я хотел бы жить в месте, где потише, например, на луне. Не нравятся мне толпы, яркий свет, внезапные шумы и сильные запахи, а в Нью Йорке всё это есть, особенно запахи.
(с) Mary and Max

НУЖНЫ ПЕРСОНАЖИ В СЕМЬЮ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Times Square » Эпизоды настоящего » Утро начинается, город просыпается


Утро начинается, город просыпается

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://wssmedia.net/wp-content/uploads/2017/05/8d3775492b420bc755832ba0b50356b7.jpg
Солнечное воскресенье в семье Сандерсов.

Нью-Йорк, Квинс, дом Сандерсов; 4 июня 2017 года

Эшли и Дэннис, Марк, Мэгги Сандерсы

Отредактировано Mark Sanders (2017-07-03 21:21:21)

0

2

- Дэннис, ты идиот! – послышалось со второго этажа, со стороны комнат девочек, - Как можно быть таким уродом! – голос Эшли с утра пораньше разлетелся по дому. И почему всегда кажется, что голоса детей и подростков звучат гораздо громче взрослых?
- Мы ведь похожи, так что ты тоже уродка, - запротестовал брат, и в голосе послышалось наигранное возмущение. Дэннис частенько доставал сестру, получая от этого особое удовольствие. Вернее, толику внимания с ее стороны. Иначе он пока не умел.
- Проваливай из моей комнаты! – Эшли кинулась в него подушкой, но этого никто не услышал, та глухо шлепнулась на пол, - Папа! Скажи ему! Он облил меня водой! Прямо в кровати! Па-а-па-а!
Дэннис со смехом выбежал из комнаты, преодолел, топая, словно бегемот, часть коридора и, перепрыгивая через несколько ступенек, забежал на святая святых – территорию мальчиков. Территорию, куда ни одной девочке нельзя было входить. Даже самой маленькой. Здесь был их форт, их крепость, а проще говоря – спальня, перестроенная из чердака в теплое и уютное местечко с тремя кроватями.
Следом из своей комнаты вышла Эшли. Мокрые волосы липли к лицу, пижамная футболка намокла. Девочка шагала в ванну.
- Я теперь вся мокрая! И ты сам будешь менять мне постель сегодня! – последняя фраза, понятное дело, была обращена к Дэннису, Эшли смотрела в сторону лестницы, ведущей наверх, и зияющей дыры, в которую исчез брат.
- Проситься надо! – послышался сверху голос Дэнниса, а далее смех всей мальчишеской братии.
- Я спущу тебя с лестницы, вот увидишь!
Эшли скрылась за дверью, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Утро выдалось… ужасным. Она ведь еще спала, когда Дэннис прокрался к ней в комнату и вылил прямо на лицо пол стакана воды! Она тут же вскочила и была готова его поколотить, но с этим мальчишкой не так легко было справиться. Он всегда был сильнее и мог дать отпор. Не то, что младшие.
- Папа! Я не буду менять свою постель, это Дэннис ее испортил! – возмутилась Эшли, когда уже вышла из ванны, переодевшись в домашнюю одежду и почистив зубы, - Он может не вести себя как маленький?!
Она считала себя уже очень взрослой, настоящей девушкой. Ей даже нравился один мальчик в школе, на год старше из школьной команды по футболу. Но об этом пока никто не знал, даже лучшая подруга. А брат вечно вел себя, как десятилетний, считала Эшли. Даже хуже, как будто ему семь!

Отредактировано Ashley & Dennis Sanders (2017-07-04 00:22:12)

+2

3

Обычно люди делятся на «сов» и «жаворонков» - тех, кто любит поспать до обеда и повеселиться ночью, и тех, кто засыпает, едва стемнеет, и встающих ни свет, ни заря. Но когда появляются дети, эти понятия здорово смешиваются. Ты встаешь и посередине ночи, и не спишь с четырех утра. Иногда получается подремать днем, а потом расхлебывать до глубокой темноты то, что упустил за эти два беспечных часика. Когда же у тебя шесть детей, порой забываешь, что такое сон вообще, потому что уже дети начинают делиться на «сов» и «жаворонков». Кого-то нужно укладывать после полуночи, чтобы он или она не проспали школы, кому-то уже в шесть утра необходим завтрак и твоя помощь.
Марк проснулся в семь с небольшим, считая это невероятным счастьем для выходного дня. Большей радостью было то, что все дети спали. Марк позволил себе поваляться в кровати еще немного, с улыбкой глядя на кудряшки младшей, приютившейся сбоку. После того, как мама окончательно ушла от них, Мэгги часто спала в его кровати, и Марк не перечил этому, хотя возраст девочки был уже достаточно большим, чтобы спокойно ночевать одной. У всех них был стресс. Все его проявляли по-разному. Мальчишки скучали и выражали это непредсказуемой злобой, девчонки выражали это более сдержано. Кроме Элизабет, которая, несомненно, была в ярости, причем на обоих родителей сразу, что сильно огорчало Марка.
Через десять минут Марк поднялся, одернул задравшуюся штанину пижамы, и спустился вниз, чтобы приготовить завтрак на всю свою огромную семью. Марк неплохо держался, как считал он сам. У него был смысл жизни – его любимая детвора, ради которой он был готов на все. Грусть по Джесс потихоньку уходила. Он скучал по ней, он все еще любил ее, но отвлекал себя – и это было нетрудно, учитывая тот объем работы (как фактической, так и домашней), что свалился на него. Они справятся, все вместе. В конце концов, все эти пять месяцев прошли вполне сносно.
Побольше фруктов для Эшли, отсутствие масла для Лиз, шоколадный крем для блинчиков Криса и Денниса, медовые хлопья для Мэтта и красивая морда зайчика на панкейке Мэгги. Марк любил готовить и любил радовать своих детей тем, что они любят, знал все их предпочтения. Хотя малышка все равно отказывалась от завтрака – но Марк понимал, по утрам он и сам не особенно любил есть, хотя и все равно старался для маленькой кудрявой красавицы.
Когда готовка подходила к концу, дети начали просыпаться, и Марк невольно усмехнулся под нос. Каким бы он ни был терпеливым и замечательным родителем, иногда их хотелось прибить. Первыми раздались голоса близнецов – пронзительный голос Эшли разносился по дому так, что резал уши.
- Дети, тихо, уважайте других, - повысил голос Марк, торопливо заканчивая готовку и выключая плиту. Он ведь прекрасно знал, что так просто начинающуюся бурю не остановить. И будет куда хуже, если проснется Лиз, и тогда плохо будет всем, даже ему, потому что вовремя не успокоил малышню. Но, на удивление, скандал быстро закончился. Деннис скрылся наверху, а Эшли ушла в ванную, и Марк смог спокойно расставить тарелки на столе, ровно так, как дети привыкли сидеть.
- Папа! – голос Эшли, подошедшей со спины, заставил слегка вздрогнуть. Марк обернулся, приобнимая сонную и недовольную девчушку, целуя ее светлую макушку.
- Доброе утро, дорогая, - невпопад ответил Марк, выпуская дочь из объятий, - Конечно, не будешь, не волнуйся, - он мягко улыбнулся, проговаривая, - Ты же знаешь, что мальчики вырастают немного позднее девочек, поэтому тебе все его шутки кажутся глупыми. А ему все еще интересно то, что интересно детям. Подожди, скоро это пройдет. Садись лучше завтракать.
Марк поднялся наверх, доходя сперва до второй лестницы, ведущей на чердак, который они с Джессикой любовно переделали в безумно уютную комнату для мальчиков. Это был настоящий бастион. Марк бы сам не отказался в таком пожить, особенно, когда был маленьким.
- Дети, спускайтесь завтракать, - проговорил он, не поднимаясь наверх. Обычно он вторгался на территорию детей (любого пола) только, чтобы убраться, или в крайних случаях. Он приучал их уважать личное пространство друг друга и старался показывать это на своем примере. Когда Деннис показался на глаза, Марк чуть перегородил ему дорогу, - Только не ты, молодой человек. Сначала снимешь мокрое белье с кровати Эшли и отнесешь его в ванную, в корзину для грязного. Бегом.
Следом Марк, контролируя процесс, подошел к двери к комнату Лиз, и аккуратно постучал. Обычно старшая любила поспать, но при таком гаме у нее вряд ли бы это получилось, поэтому стоило спросить.
- Лиз, милая, ты проснулась? Пойдешь с нами завтракать? – на удивление та ответила согласием, хотя и явно недовольная тем, что ей пришлось встать так рано в законный выходной. За нее, если честно, Марк боялся больше всего. Она переживала сложный период подросткового возраста и ситуация с матерью совсем не шла ей на пользу.
- Малышка, - наконец, позвал Марк Мэгги, - Пойдем скорее, - в какой-то момент Марк даже порадовался, что те времена, когда детей нужно было купать, чистить им зубы, водить в туалет и прочее, прошли все же с Джесс. Один бы он не справился. Сейчас же даже малышка Мэгг была вполне самостоятельным ребенком, и это значительно упрощало задачу.

Отредактировано Mark Sanders (2017-07-08 18:43:45)

+2

4

Мэгги, проснувшись, с удивлением обнаруживает, что она не в своей комнате, а в папиной. Это очень удивительно, потому что Меган точно помнила, что уснула вчера вечером у себя в комнате, а не здесь. Ей вчера очень долго не хотелось спать, но вчера была пятница, и можно было не ложиться слишком рано. Мэгги сперва смотрела мультики, потом читала книжку - про собак, конечно, Меган любила книжки про собак и их хозяев, потом папа рассказывал ей сказку, потому что спать Мэгги все равно не хотелось, хоть на улице уже и стало темно и поздно.
Вылезать из-под теплого одеяла Мэгги совершенно не хочется, поэтому, проснувшись, девочка так и остается сидеть в кровати, хотя остальные уже и встали. Деннис и Эшли ссорятся, и Мэгги пытается разобраться почему, но ничего особенного не выходит.
Сегодня у нее отчего-то очень чешется живот и обе ноги, и Мэгги, не заглядывая под пижаму, старательно расчесывает живот и лодыжки.
- Мы пойдем кататься на роликах? - первым делом интересуется Мэгги, все же выбираясь из-под одеяла, чтобы спуститься вниз. Первым делом Мэгги спешит во двор, там, она знает, ее уже дожидается Мюнхаузен, лучший в мире пес и ее самый лучший друг по совместительству. Мэгги его обожала, и, кажется, он вполне отвечал девочке взаимностью. Сегодня Мэгги собиралась сделать ему новую прическу и, когда они поедут за продуктами, купить ему новый ошейник. Мюнхаузену обязательно нужен новый ошейник, потому что старый - совершенно не красивый, и на нем отвалился жетончик с адресом и телефоном. Если Мюнхаузен вдруг потеряется, то это будет настоящим кошмаром! Папа и Лиз, конечно, убеждали Меган, что даже если он и потеряется, то вполне сможет вернуться домой самостоятельно, но Мэгги все равно очень переживала. Особенно с тех пор, как мама ушла и больше не вернулась. Если не вернулась мама, то и Мюнхаузен может потеряться на совсем, и тогда она совершенно сойдет с ума от тоски.
- Пойдем я тебя покормлю, - предлагает Меган, вдоволь наобнимавшись и нацеловавшись с собакой. Живот и ноги все ще чешутся, и Мэгги приходится задержаться, чтобы все хорошенько почесать. Удержать Мюнхаузена у нее едва ли получается, но все же, вцепившись в некрасивый ошейник с отвалившимся жетоном для адреса и телефона, Мэгги старательно тащит пса в дом, прямо в кухню. Была бы ее воля, он бы, как и все остальные, тоже жил в доме, но папа почему-то считал, что Мюнхаузену лучше на улице. Мэгги была с этим совершенно не согласна, поэтому тащила пса к себе в комнату при каждом удобном случае. Особенно, если на улице шел дождь. Тогда Мэгги даже настоятельно требовала, чтобы он остался спать в ее комнате, и более того, пускала его погреться под свое одеяло.
- Мюнхаузен проголодался, папуля! - сообщает Мэгги, появляясь в кухне вместе с собакой.
- У меня живот чешется, папочка! И ноги, - важно сообщает Меган, - И у Мюнхаузена тоже, я видела, он чешет лапой, и ему нравится, когда я его чешу!

+2

5

Иногда отец раздражал своим спокойствием. Эшли было бы куда приятнее, если бы он немного покричал. На Денниса, конечно, девочка считала, что иначе брат просто ничего не поймет. Даже если бы папа покричал на нее, могло стать легче, он бы буквально разделил эмоции детей, которые могли выплескивать свою злость на мать любыми доступными им способами, даже друг на друга.
Но Эшли только недовольно вздохнула, попытавшись вырваться из объятий чуть раньше, чем отец ее отпустил сам.
- Он ведет себя, как дурак! – огрызнулась Эшли, проходя на кухню, чтобы приготовить себе чай, - Я и в детстве не вела себя так!
Тут уже вкусно пахло блинчиками, а у Эшли был припасен свой собственный любимый чай, которая девочка заваривала в маленьком чайничке, подаренный ей на прошлое день рождение подругой.
Деннис вышел из комнаты, улыбаясь. Казалось, улыбка с лица этого мальчишки вообще никогда не сходит, иногда он был просто невыносим. Вредничал больше остальных братьев, задирал сестер. Впрочем, сейчас он находился в таком возрасте, что сама природа велела ему быть несносным.
Мальчишка косился на родителя, как будто пытался угадать, что тот собирается делать, и когда папа встал перед ним, скорчил гримасу, показывая, как ему не нравится данное поручение.
- Бэээ, - скривился Деннис, но так и не убрал улыбку с лица, но все же ему пришлось идти в комнату сестры – снимать постель. Несмотря на свое поведение в целом, Деннис не часто перечил папе и слушался его.
Он намеренно медленно шел до комнаты Эшли, так же нехотя и медленно стаскивал с ее постели простынь, уронил одеяло, запульнул подушку в угол, и только когда даже Мэгги спустилась, он закончил с этой нелегкой задачей.
- Мэ-эг, - протянула Эшли, когда младшая сестра завела собаку в кухню, - Мы тут все не поместимся с ним.
На самом деле Эшли тоже любила Мюнхаузена, он уже давно был членом их большой семьи, но утро не задалось, у нее было дурное настроение, а тут еще братья мешались под ногами. Нет, братьев Эшли тоже любила, даже Денниса, когда напоминала себе, что так положено, но обычно она рисовала их сборищем громких воплей в штанах. Они напоминали целую банду, будучи гораздо дружнее между собой, чем девочки.
- Пап, можно я поем в своей комнате? – поинтересовалась Эшли, стараясь лавировать между спустившимися родственниками, половина из которых доставали ей кое-как до плеч. Эшли даже была выше своего близнеца, но совсем немного, хотя этот сантиметр часто вставал между их отношениями.

+2

6

Марк ловко лавировал между детьми, рассаживающимися по своим местам и просто толкающихся около стола на довольно просторной кухне, которая все равно была тесна для такого количества народа. Он постоянно что-то ставил на стол или убирал с него, как заправский официант, исполняя прихоти требовательных мальчишек. Девчонки в этом плане были более привередливыми. Так, например, Лиз спустилась, храня полнейшее молчание, и уткнулась в свою тарелку, всем видом показывая, как она не собирается ни с кем разговаривать и даже презирает всех собравшихся. Мэгги, как всегда взялась за свое, притащив домой их мохнатого любимца.
Марк был совсем не против того, чтобы дети возились с огромным сенбернаром и таскали его иногда домой. Собака, правда, и сама постоянно пыталась улизнуть на улицу, где ее хотя бы обдувал свежий ветерок. Так что приходилось иногда отбивать любимца семьи от излишнего внимания.
- А ты проголодалась? – в свою очередь спросил Марк, прекрасно зная о том, как трудно заставить этого ребенка съесть хоть что-то с утра. И ведь потом будет капризничать, чувствуя голод, но нет, каждое утро было сплошным сражением на пищевом фронте, - Давай так, если Мюнхгаузен будет есть, то и ты за компанию, - подмигнул он младшенькой дочурке, вновь нежно прикоснувшись к средней дочери, когда та спросила разрешения подняться обратно наверх.
Отец прекрасно понимал ее чувства. Хотя бы потому, что сам был бы не в восторге проснуться подобным образом, как пришлось Эшли. А еще потому, что, к сожалению, очень хорошо представлял, что ощущала молодая девушка, которую бросила родная мать. Они все это переживали, только по-разному.
- Конечно, родная, только не забудь потом принести тарелку, - проговорил он, совершенно не подозревая, что дочери хотелось, чтобы его спокойствие пошатнулось. Марк же, напротив, старался казаться непоколебимым. Так, будто ничего не произошло, словно подавая пример своим детям. Внутри он мог тосковать или даже кричать от отчаяния, но на лице неизменно блуждала легкая улыбка. У них все было замечательно, они вместе крепкая семья и справятся со всеми невзгодами.
- Да? – Марк еще раз улыбнулся Эшли и повернулся к Мэгги, - Давай-ка посмотрим на твой живот, что там у тебя чешется, - он присел рядом с малышкой, приподнимая ее майку. Скорее всего, это были комариные укусы, как думал он. Марк был даже слегка удивлен, увидев совсем не проделки насекомых, - Ого, - только и проговорил он, мысленно пробегаясь по всем детям.
Ветрянкой в их семье переболели почти все. Сначала близнецы, схватив ее, как водится, на пару, следом эстафету переняли Лиз и Кристофер.
- Значит сегодня забежим в больницу и будем тебя мазью мазать, - усмехнулся он. Страшного ничего не было, дети, как водится, легко переживают это заболевание, - Мэтт, а ты готовься, явно будешь следующим, - Марк потянулся вперед, целуя Мэгги в лоб, на который спала непослушная кудряшка. Да, ему предстояло еще одно испытание. Эту сладкую парочку – Мэгги и Мюнхгаузена следовало бы причесать. И если один спокойно подставлял пузо и спину и угнетал только своими размерами, то одну маленькую негодницу было почти невозможно удержать.
- Кто чем сегодня планирует заняться? – поинтересовался Марк, поднимаясь на ноги и, наконец, решаясь присоединиться к общему столу, показав взглядом малышке, что его предложение все еще в силе. И если собака до сих пор была на кухне, то и ей следовало сесть за стол.

Отредактировано Mark Sanders (2017-07-22 22:08:00)

+1

7

- Нет, только Мюнхаузен проголодался. Он же большой, ему надо много кушать, - Мэгги, до сих пор державшая пса обеими руками, отпускает его, и тот, конечно же, сразу устремляется к своей миски. Уж Мэгги-то точно знала, что Мюнхаузен любит больше всего на свете - хорошенько покушать, конечно. Миска у Мюнхаузена была огромная, в нее влезало куда больше, чем в любую тарелку, из которой ела сама Мэгги - она проверяла. То, что их пес такой прожорливый Мэгги очень даже нравилось, Мюнхаузен всегда с удовольствием доедал все то, что самой девочке есть не хотелось, поэтому Мэгги частенько, пока никто не видел, делилась с Мюнхаузеном своей порцией.
- Мы же не сажаем его за стол, он будет есть внизу! - глядя на сестру так, словно та была самой глупой на смете, поясняет Мэгги. Чего она придумала!? Мюнхаузен же всегда приходил домой, когда хотел, и даже с кухни его никто не гнали. Девочке совершенно не хотелось, чтобы Мюнхаузена прогнали с кухни. Тогда и она, конечно же, пошла бы с ним вместе, а Эшли пусть остается, если ей так хочется.
- Мы с Мюнхаузеном тоже можем позавтракать в моей комнате! Нам можно? - тут же, как только Эшли засобиралась к себе в комнату, интересуется Мэгги. Вообще, завтракать ей совсем не хотелось, а Мюнхаузену всегда было все равно, где лопать. Но Мэгги часто повторяла все за Эшли или Элизабет - иногда специально, потому что ей очень хотелось делать все так же и быть такой же взрослой, как сестры, иногда неосознанно - потому что остальные у них дома были мальчиками, и повторять Мэгги было больше не за кем.
- Нет! - Мэгги испуганно одергивает майку обратно. Больше всего на свете девочка боялась врачей и походов к ним, и даже самый незначительный становился настоящей драмой, к которой Мэгги неизменно готовилась за несколько дней, а то и недель. Стоило только Мэгги узнать, что ей предстоит поход к врачу - и тут же все портилось, особенно настроение. Удивительно, но Мэгги обычно пугали не медицинские процедуры в целом, а просто сама необходимость пойти к врачу или тем более оказаться в больнице. Мама, она знала, тоже лежала в больнице, а потом ушла, и больше не возвращается к ним обратно.
Мэгги нехотя забирается на свой стул - завтракать ей совсем не хотелось и раньше, а теперь - не хотелось и подавно. Поскорее бы уже Мюнхаузен позавтракал бы, и тогда они пойдут гулять!
-

+1

8

Деннис корчил рожи и пытался спародировать каждое слово своей близняшки, от чего мальчишки за столом хихикали. Эшли же старательно игнорировала их, но терпение девушки уже подходило к концу. Когда она встала из-за стола с тарелкой своего завтрака, то залепила брату увесистый подзатыльник и тут же скрылась за дверью.
- Ау! Папа, она меня бьет! – тут же пожаловался Деннис, при этом так и не сумев убрать с лица веселую ухмылочку.
Роль близнецов среди братьев и сестер была совершенно различна. У Эшли была старшая сестра и младшая. В какие-то моменты девочка ровнялась на Элизабет, хотя они с ней часто ругались и ссорились, а будучи помладше и вовсе дрались. А вот Деннис среди братьев являлся старшим, то есть имел неоспоримый авторитет. Именно на него ровнялись мальчишки, но сам Деннис был тем еще озорником.
Эшли поднялась в свою комнату и первым делом глубоко вздохнула, когда увидела свою кровать. Ну, конечно, тут побывал Деннис, который ничего нормально сделать не мог. Она поставила тарелку на стол и, прежде чем приняться за еду, сфотографировала новое произведение папы на телефон. Как и многие сверстницы, Эшли тянулась за всеми этими модными штучками, пыталась читать интересные блоги и проводила много времени в интернете. Она любила красиво одеваться и в определенных ситуациях с зеркала могла смотреть вовсе не тринадцати-четырнадцатилетняя девочка, а самая настоящая старшеклассница, модно одетая и накрашенная. Уткнувшись в телефон, Эшли принялась завтракать.
А Деннис тем временем остался внизу, возглавляя банду парней. Ему нравилось быть старшим, его слушались, за ним тянулись, и характер Денниса явно был совершенно не такой, как у старшей сестры, которая воспринимала своих братьев и сестер малявками. Деннис с удовольствием общался с младшими братьями, хотя уже не всегда брал их с собой, когда проводил время с друзьями и сверстниками.
Он перегнулся через стол, наблюдая, как отец осматривает младшую сестру.
- Папа, у нее что, ветрянка? А я болел ветрянкой? – тут же поинтересовался Деннис, совершенно забыв об этом. Его вопрос тут же подхватили остальные мальчики, пытаясь узнать, болели ли они.
- Мэг, заори там в ухо доктору, - посоветовал добрый брат, - Будет весело.

+2

9

Как Марк и обещал, миска собаки наполнилась только тогда, когда маленькая непоседа со светлыми кудряшками уселась на стол. Конечно, он не разрешил этой парочке уйти в свою комнату, мягко объяснив ребенку, что Мюнхгаузен не такой аккуратный во время завтрака и просто испачкает все на свете. К тому же, о чем отец тоже не преминул заявить, он прекрасно знал, куда девается еда из тарелки самой Мэгги, когда он, якобы, не видит. Бороться с этим было бесполезно, но, если честно, Марк никогда и не стремился развязывать эту маленькую войну. Его жена, когда еще была рядом, всегда была строже него и заставляла всех детей есть по расписанию. У Марка были свои методы воспитания, как ему казалось, ничуть не хуже.
- Не дуйся, Мэгс, - шутливо проговорил он, видя, как заметно испортилось настроение младшей дочери при упоминании о враче. Как и все дети, да и многие взрослые, поход в больницу, даже по самым невинным поводам, для нее был стрессом, - Мы только зайдем и выйдем. Доктор только посмотрит на тебя и выпишет нам справку о том, что тебе нельзя ходить в школу целых три недели, - подмигнул он. Кажется, это было отличным стимулом для ребенка.
Только вот другие дети теперь явно завидовали малышке Мэгги, мальчишки так и вовсе сразу расшумелись, толкая друг друга локтями. Естественно, тут же посыпались вопросы, кто болел ветрянкой, а кому может посчастливиться посидеть дома вместе с младшей сестрой.
- Да, вы все переболели, кроме Мэттью, - повторил Марк, вызывая завистливые взгляды в сторону младшего брата, - И слава богу, потому что в вашем возрасте она уже тяжело переносится, - добавил отец, но разве это когда-то пугало подростков? В их возрасте жизнь казалась совсем беспечной. Именно поэтому было так ужасающе много самоубийств среди детей их возраста – не было банального осознания, что это все, конец, и дальше ничего не будет.
- Так у кого какие планы на сегодня? – вновь спросил Марк, наконец, усаживаясь за стол вместе со всеми. Парни уже давно заканчивали завтрак, вот у кого никогда не было проблем с аппетитом, а его собственный уже прилично остыл, но разогревать снова Марк не пошел. Собственно, с таким количеством детей он уже даже привык есть холодное, на бегу, попутно занимаясь двумя, а то и тремя детьми, и отвечая на телефон и бесконечные вопросы четвертого.
- Пап, я возьму твою машину сегодня? – как-то посередине между вопросительной и утвердительной интонацией проговорила Лиз.
- Надолго? И куда ты собралась? – поинтересовался Марк. Нет, в любом случае, такой вариант был куда лучше, чем, если бы за ней приехал кто-то.
- Нам с девчонками надо по магазинам, ясно? – картинно закатив глаза, проговорила старшая. Марк тихо вздохнул про себя. Отсутствие понимания между ним и старшей дочерью сильно волновало его. Ему казалось, что из всех детей она была от него дальше всех, и это сильно угнетало, ведь в таком возрасте она могла натворить куда больше глупостей, чем казалось бы.
- Да, Лиз, ясно, - тем не менее, спокойно ответил Марк, - Я свожу Мэгги в больницу и, когда мы вернемся, можешь взять машину, - он хотел было попросить ее скататься с младшей сестренкой, но вовремя прикусил язык. Марк прекрасно понимал, что Элизабет не была готова в свои шестнадцать лет заменять ушедшую маму, но ей приходилось это делать, так как отцу нужно было работать. Она всегда была на подхвате, какой бы недовольной при этом не оставалась. И Марк поистине гордился ей и был за это бесконечно благодарен, о чем не стеснялся говорить, но, кажется, дочери эти слова были не нужны.
- Кто-нибудь еще что-то хочет? – спросил Марк, кое-как впихнув в себя свой завтрак, - И, Мэгги, я вижу, что ты еще ничего не съела.

+2

10

- Все равно я туда не пойду, - категорично заявляет Мэгги, недовольно скрестив руки на груди. Никогда и ни за что на свете она не пойдет к врачу. Больница – это даже хуже, чем конец света. Это даже хуже, чем брокколи. Это даже хуже, чем когда папе звонят из школы.
- Тогда ты можешь меня с фотографироват, пусть так посмотрит, - предлагает Меган. Раз уж доктору все равно нужно только посмотреть – пусть посмотрит фотографию! Они же отправляют свои фотографии бабушке и дедушке, которые живут далеко, чтобы те могли на них посмотреть. Разве здесь не то же самое? Мэгги была очень, совершенно не довольна, и даже перспектива не ходить в школу целых три недели ее не очень-то и радовала сегодня – если бы ей не пришлось лечиться, то совсем другое дело.
- Ты будешь брать меня с собой на работу? – интересуется Меган. Бывать на работе у папы ей очень нравилось, хотя не так уж часто и доводилось. Там всегда было шумно и весело, ну и, конечно, вкусно. Иногда Мэгги можно было даже самой что-нибудь приготовить, точнее, помочь кому-нибудь.
- Я тоже хочу ходить по магазинам! - вмешивается в разговор папы и сестры Мэгги. Ходить по магазинам ей, как и любой девочке, очень нравилось – Мэгги любила новые платья, игрушки, да и вообще любые новые мелочи, и всегда старательно и долго выбирала, что ей покупать, а что нет. Она же в этом в школу будет ходить, нельзя выходить в люди не пойми в чем! Обычно ей, конечно, помогали Эшли и Элизабет, но иногда Мэгги справлялась со сложным выбором сама, без сестер.
- Ладно, - Мэгги, вздохнув, отрывает от блина-зайчика ухо и, свернув его в трубочку, кладет в рот. Раньше, когда она была маленькой, ей было жалко съедать «живые» блинчики, но потом Мэгги поняла, что никакие они не живые – просто блинчики.

+1

11

Деннис скривил морду, когда оказалось, что ему не видать продолжительных выходных, повезло лишь только Мэттью, который тут же весело улыбнулся, видимо, с надеждой, что и ему, как и Мэгги, перепадет отдых.
Из всех мальчишек семейства, Деннис, пожалуй, больше всех корчил рожи и передразнивал сестер. Спасаться могла только младшая и то в силу еще совсем юного возраста, да и то не всегда. Доводить девочку до визгов мальчишки тоже умели. Впрочем, сейчас старший брат занялся тем, что принялся передразнивать Лиз, и снова со стороны братьев послышался смех.
- «Ясно», - пропищал Дэн, как ему казалось очень похоже и по девчачьи. Кого-кого, а его старшая сестра запугать не могла ни своими взглядами, ни подзатыльниками – этого он вдоволь получал и от близняшки. И если на младших Лиз имела хоть какое-то влияние, то Деннис начинал протестовать против всего и всех.
- Я хотел покататься на велике с ребятами, па, - уже серьезней проговорил мальчишка. Раз уж все такие занятые, можно и самому свинтить куда-нибудь из дома. Пока начались летние каникулы – нужно пользоваться моментом.
К концу завтрака из своей комнаты спустилась Эшли все с той же непробиваемой миной и поставила пустую тарелку в раковину.
- Эш, поедешь со мной на великах? – тут же оживился Деннис и думать забыл о том, что еще пол часа назад доставал сестру.
- Я с тобой, - и это слово девочка особенно выделила, - Никуда не поеду.
Деннис на это только фыркнул и доброжелательное настроение, которое у него вдруг возникло, тут же снова стало противно-веселым, как раз таким, с которым мальчишка и проснулся. Теперь его очередь настала закатывать глаза и всякое такое.
Раньше Эшли много времени проводила с друзьями брата, бегала с ними и играла, потом в ее окружении появлялось все больше девочек, и вот теперь все эти «мальчишеские» игры свелись на нет, хотя Деннис до сих пор не понимал, что поменялось.
Эшли со своими планами еще не определилась, так что ничего не ответила на вопрос отца. Она намеревалась провести день дома. Может быть, поторчать в интернете, но тут все же придется спросить папу – компьютеров на каждого члена семьи у них пока не было. Себя-то Эшли, конечно, считала взрослой, а потому собиралась попросить на день рождения ноутбук. Но пока не было своего. Может, взять у Лиз.
- я возьму твой ноут, когда ты уедешь? – поинтересовалась она у сестры, вполне понимая, что та может и не разрешить. Это не всегда срабатывало, конечно. Разрешение зависело от настроения Лиз, а нарушит его Эшли или нет – уже от ее совести.
Ехать в больницу, кажется, сопровождая маленькую Меган и папу, никто не захотел, и Эшли не стала исключением.

+1


Вы здесь » Times Square » Эпизоды настоящего » Утро начинается, город просыпается


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC